Новости

NEMOSKVA слезам не верит!

Не Москва и не москвичи. Репортаж о путешествии иностранных кураторов по Транссибу

Проект NEMOSKVA в Перми. Фото: РОСИЗО

Идея проекта NEMOSKVA (13 августа — 8 сентября) выглядела интригующе: директор по региональному развитию ГЦСИ — РОСИЗО Алиса Прудникова задумала провезти группу, а точнее, три сменяющих друг друга группы иностранных кураторов по Транссибу от Москвы до Владивостока с остановками в крупнейших городах. Цель — познакомить цвет мировой художественной общественности с искусством российских регионов, а регионы, соответственно, — с цветом мировой художественной общественности. Корреспондент TANR присоединился к путешествию на участке Екатеринбург — Красноярск. Поездку можно сравнить с фильмом Тарантино, просмотренным на ускоренной перемотке: ярко, эффектно, динамично, но смысл происходящего угадывается с трудом.

Сысерть

Группа кураторов выгружается из поезда на екатеринбургском вокзале в девять вечера. Позади три дня в Нижнем Новгороде и Перми. После дискуссии, общения с пермскими художниками и пяти часов в дороге вид у них несколько утомленный, но не сломленный. Скульптор и куратор Амин Гульджи из Пакистана поет песни на непонятном языке, куратор V Московской биеннале молодого искусства Надим Самман и его подруга Делия Ханна обсуждают с коллегами феномен популярности в России кубика Рубика. С вокзала отправляемся в городок Сысерть в часе езды от Екатеринбурга. В автобусе боевой дух участников подкрепляют пельменями. В Сысерти на заброшенном заводе, напоминающем во мраке декорации к «Сталкеру» Тарковского, осматриваем инсталляцию Жени Чайки и Федора Телкова в виде избушки, из крыши которой идет пар. SMM-менеджер ГЦСИ — РОСИЗО выстраивает кураторов на фоне избушки для группового фото в кромешной тьме. Кураторы выстраиваются неохотно. После фотосессии все карабкаются на третий этаж завода, где уже ждет угощение: медовик, иван-чай и сбитень. К фуршету незаметно присоединяются молчаливые сторожа завода в тапочках, надетых на носки, и потертых трениках.

Екатеринбург. Фото: РОСИЗО

Екатеринбург

Знакомство с Екатеринбургом начинается с ревю идей в Ельцин Центре. Те идеи, что понравятся команде ГЦСИ — РОСИЗО, будут реализованы на финальной выставке NEMOSKVA в Брюсселе. Кураторам брать их в свои собственные выставки тоже не возбраняется. Художники знакомятся с кураторами и показывают им эскизы нереализованных проектов. Некоторые заодно приносят и реализованные тоже. Часть проектов собрали заранее по конкурсу и устроили выставку «Большая страна — большие идеи». На следующий день после ревю выставку разбирают и везут в следующий город. В Екатеринбурге явка художников с идеями зашкаливает: пришло человек 50, некоторые специально приехали из соседних городов. Заслуженный концептуалист Сергей Лаушкин рассказывает пакистанцу Амину, как из разрушаемой пятиэтажки сделать «домоскульптуру» в виде гигантского человека и что будет, если 2,5 млн букв «Войны и мира» вырезать из поролона и насыпать кучей посреди галереи. Амин, сам художник, в восторге: «Мне так нравится, как работает ваш мозг! Я хочу его съесть!» Явились известные местные художники — Владимир Селезнев (по совместительству куратор ГЦСИ), Анна и Виталий Черепановы, в прошлом участники тагильской арт-группировки «ЖКП».

Менее известных тоже немало. Одна участница, молодая мать и фотограф-любитель, представляет проект «Ускользающее детство»: «Я снимаю своих детей — ведь они так быстро растут». Куратор Александр Буренков интересуется: «Вы говорите, что вы не только художник, но и поэт, — не хотели бы вы дополнить свои работы текстами?» «Нет-нет! Я фотографирую отдельно, а поэтизирую отдельно». Кураторам показывают выставку в уральском филиале ГЦСИ «Все не то, чем кажется», устроенную в рамках фестиваля «Бажов-фест». Гости вежливо интересуются, кто такой Бажов и можно ли его почитать на английском.

Проект NEMOSKVA в Екатеринбурге. Фото: РОСИЗО

Тобольск

Город Тобольск — в стороне от Транссиба и в программе возник неожиданно для организаторов. Заехать туда предложила компания СИБУР, один из двух основных партнеров проекта (второй — Фонд Потанина). Группу селят в монархически ориентированной гостинице «Славянская» — с рестораном «Романов», баром «Анастасия» и мужским клубом «Распутин». (Не хватает только тира «Дом Ипатьева» в подвале, мрачно шутят коллеги с канала «Культура».) Кураторы массово фотографируются на фоне фрески с портретом Николая II в полный рост. Ревю идей и выставки в городе не устраивают, зато нам показывают иммерсивный спектакль «Слушай Тобольск!», поставленный при поддержке СИБУР и фестиваля «Территория». По замыслу авторов, по ходу спектакля зрители-участники, сплоченной кучкой гуляя по городу и слушая диалоги в наушниках, перемещаются в разные исторические эпохи. Но постоянные обрывы связи настойчиво возвращают в сегодняшний день. Сгущаются сумерки, накрапывает дождь, фигура актрисы, вся в белом, возникает на фоне кустов как привидение. За ужином в супермодном ресторане «Марк и Лев» — хипстерский дизайн, фермерские продукты — неожиданно появляется московский куратор Николай Палажченко. Почему-то это даже не удивляет. На следующий день небо проясняется, а группу везут на открытие выставки по результатам двухнедельной арт-резиденции — пленэра «Пробежки вокруг Тобольска». Выставка проходит внутри крытой беговой дорожки длиной 275 м, построенной на крыше торгового центра «Жемчужина Сибири». Во время экскурсии куратора Марии Сарычевой через толпу гостей вернисажа, не сбавляя темпа, пробиваются бегуны. В толпе замечен омский художник Дамир Муратов, что тоже почему-то не удивляет. С беговой дорожки едем на завод СИБУР, где из углеводородных газов делают пластик. Бесконечные переплетения труб высотой с девятиэтажный дом выглядят крайне фотогенично, но из автобуса никого не выпускают — опасно. Немногочисленные рабочие на территории одеты в маски и костюмы химзащиты. Надежда сделать эффектные фото со смотровой площадки в финале экскурсии оказывается тщетной, так как с нее, как выясняется, ничего не видно.

Участники проекта NEMOSKVA в Тобольске. Фото: РОСИЗО

Тюмень

Тюмень встречает уличной плиткой пяти сортов, велодорожками и баннерами «Тюмень — лучший город земли!». Москвичи ностальгически вздыхают. Выставка и ревю идей проходят в музейном комплексе имени Слопцова, бок о бок с выставкой «Открытый чум». Чум стоит во внутреннем дворе музея, окружен деревьями со светящимися пластиковыми цветами. Москвичи ностальгически вздыхают еще глубже. Анна и Виталий Черепановы из Нижнего Тагила снова здесь — приехали автостопом, чтобы познакомиться с местными художниками и с новой группой экспертов. У Виталия на груди наклейка «Expert of art», у Анны — «Expert of experts»: она расспрашивает кураторов про их творческую биографию. В Тюмени концептуальное искусство не в почете, зато обнаружилось сильное сообщество иллюстраторов и авторов комиксов.

Правительство области просит открыть в Тюмени филиал ГЦСИ и устраивает для гостей торжественный ужин с речами и джазом в доме приемов «Нефтяник». Следующий день посвящен дискуссиям, в которых участвует старая (уезжающая) и новая (только что приехавшая) группы экспертов. С вопросами, предложенными Алисой Прудниковой, разбираются целый день в пяти группах. На вопрос, как преодолеть пропасть между аудиторией и современным искусством, португальский куратор Жуан Лайа отвечает, что никакой пропасти не существует, а британский искусствовед Сара Уилсон замечает, что Бэнкси и Джефф Кунс общий язык с любой аудиторией находят без проблем. Надим Самман интересуется, что будет с собранными идеями — будут ли они доступны онлайн. Руководитель научно-методического отдела московского ГЦСИ Антонио Джеуза обещает, что все будет отсканировано.

Участники проекта NEMOSKVA в Тобольске. Фото: РОСИЗО

Омск

За 12 часов в городе группа успевает открыть для себя мем «Не пытайтесь покинуть Омск», провести ревю идей, дискуссию и посетить под проливным дождем «места силы» современного искусства — благо таковых немного. В их числе местный Институт дизайна и технологий со знаменитым на всю страну факультетом моды — alma mater самых заметных современных художников города, некоммерческая панк-галерея «Левая нога» и мастерская молодого художника Никиты Позднякова, работающего в стилистике, близкой к некрореализму. Антонио Джеуза покупает у молодого художника три картины, несколько кураторов следуют его примеру. Ревю идей проходит рядом с выставкой омского Левши Анатолия Коненко, создателя скульптурной группы «Караван верблюдов» в ушке иголки, самой маленькой в мире книги Чехова (0,9 х 0,9 мм) и тому подобных чудо-артефактов.

Из омских знаменитостей на ревю засветилась феминистская арт-группа «Наденька» (те, кто не уснул в автобусе во время экскурсии, уже в курсе, что коллектив был основан как швейный кооператив и изначально именовался «Надень-ка»). Дамир Муратов не явился — видимо, остался в Тобольске. Художница Елена Свешникова показывает портреты младенцев на женских прокладках и объясняет, что ее проект посвящен упущенным возможностям женщины, в том числе нерожденным детям. Куратор Моника Шевчик в шоке просит перейти к следующей теме. Юная художница Павла Маркова, поправляя ярко-зеленую шевелюру, рассказывает, что работает в мастерской по изготовлению надгробий, а в свободное время создает свои работы из отходов производства — бракованных керамических овалов и обломков могильных плит, и что созданное ею фальшивое надгробие Кастанеды снял канал Life, выдав за настоящее. К тому моменту автору этих строк уже не хочется покидать Омск. Но приходится.

Куратор V Московской международной биеннале современного искусства Надим Самман (в центре) в Тюмени. Фото: РОСИЗО

Томск

В Томске ревю идей и выставку не проводят. Погружаемся в местный контекст, осматривая городские достопримечательности — деревянную архитектуру с филигранной резьбой, крохотный филиал ГЦСИ (ему выделили большое здание бывших складов купца Горохова, но денег на ремонт пока нет) и памятник Чехову с длинным и вполне официальным названием «Антон Павлович в Томске глазами пьяного мужика, лежащего в канаве и не читавшего “Каштанку”». Знакомство с современным томским искусством происходит фрагментарно — нам показывают скульптуру Наташи Юдиной «Замерзшая Венера» в холле местного университета и медитативный перформанс коллектива «Лаборатория нового искусства»: две участницы под зубодробительные импровизации музыкантов-электронщиков рисуют абстракции черной и цветной гуашью, творческий процесс проецируется на гигантский экран. Группа кураторов завершает день в популярном пивном ресторане «Йохан Пивохан», потом самая музыкально одаренная ее часть отправляется в караоке. Наутро двоих участников (один — куратор, другой — арт-критик) не удается разбудить, и автобус уезжает в Новосибирск, не дождавшись кворума.

Куратор 10-й Берлинской биеннале современного искусства Габи Нгкобо в Тюмени. Фото: РОСИЗО

Новосибирск

В Новосибирске группа воссоединяется. Один из участников обнаружил, что у него пропал ноутбук, пишет заявление в полицию и требует компенсации. Филиала ГЦСИ в третьем по величине городе России нет, единственный частный центр современного искусства закрылся три года назад, зато есть ГЦИИ — городской центр изобразительного искусства. Там и проходит ревю идей, а заодно и дискуссия о самоорганизации сообществ. Художник Антон Мазуренко, организатор зимних художественных опен-эйров «Холодно!», уверяет: «ГЦСИ нам не нужен!» — и тут же просит Алису Прудникову организовать в городе образовательную программу. «Зачем, ты же говоришь, что ГЦСИ вам не нужен?» — удивляется она. «Но нужно же, чтобы сила ГЦСИ на нас распространялась». Алиса в ответ делает «магические» пассы руками: «Распространяю на тебя силу ГЦСИ!» Немецкому куратору и специалистке по медиаарту Инке Арнс город так понравился, что она предлагает открыть тут кураторскую резиденцию. Петербургский культуртрегер Лиза Савина, приехавшая в город на урбанистический форум, организовала для NEMOSKVA фуршет с диджеями в атмосферном подвале — творческом пространстве «АртЕль». Вечер завершается веселыми танцами в окружении сумрачных снимков московского фотографа-амбротиписта Тимура Икоева.

Автор идеи проекта  NEMOSKVA, директор по региональному развитию ГЦСИ — РОСИЗО Алиса Прудникова. Фото: РОСИЗО

Красноярск

Красноярск встречает нашу группу концертами на площадях, надувными шариками и перекрытыми для автомобилей улицами. «Ну наконец-то!» — радуемся мы, но выясняется, что это всего лишь День города. Алиса объявляет радостную новость: ноутбук нашелся в автобусе в Томске. Из толпы кураторов слышатся радостные возгласы: «Мы так и знали! Томск!», «Томск изменил нашу жизнь!» Из последних сил борясь с желанием присоединиться к празднующим горожанам, выясняем, что в Красноярске масса интересных мест, например мастерская «сибирского Жоана Миро» Андрея Поздеева, галерея Bad Guys, помимо искусства торгующая лонгбордами, и краеведческий музей в виде древнеегипетского храма. Но все затмевает музейный центр «Площадь Мира» — последний в СССР музей Ленина, который в 90-е годы умудрился, сохранив всю посвященную вождю экспозицию, эволюционировать в центр современного искусства. На ревю идей приходит цвет местного арт-сообщества, включая протеже московской галереи «11.12» Василия Слонова, но экспертам больше всего нравятся проекты музейных экскурсовода и электрика. Вечером для нас устраивают фуршет на обычно закрытой для посетителей крыше музея. Оттуда группа, синхронно затаив дыхание, смотрит праздничный салют в честь Дня города — самый масштабный перформанс за всю поездку.

Источник: theartnewspaper.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *